Как солнце своей яркостью затмевает луну и звезды, так светлое Воскресение Христово своей радостью и торжественностью выделяется между прочими праздниками. Отмечая его, мы радуемся не только событию далекого прошлого, но предвкушаем в нем и наше собственное воскресение для вечной жизни в Царстве Света и Добра.
Праздник Воскресения Христова, или Пасха Господня, как он в древности именовался, самым тесным образов связан с ветхозаветной еврейской Пасхой. За полторы тысячи лет до Рождества Христова древний израильский народ изнывал в Египте под тяжким игом рабства. Господь, сжалился над ним и Своей крепкой рукой вывел его из плена, сделав его Своим народом, чтобы из него произвести Спасителя мира и от него распространить христианскую веру среди всех народов. Накануне выхода евреев из плена ангел Господень прошел по земле Египетской и в каждом доме умертвил старшего сына. Только в тех домах, где внешние двери были помазаны кровью непорочного ягненка, он никого не умерщвлял, а проходил мимо. Отсюда возникло и само именование “Пасха,” что значит “проходить мимо.” В воспоминание этого и последующего избавления от египетского рабства евреи ежегодно праздновали свою Пасху. Именно под этот праздник, как мы знаем из Евангелия, Господу нашему Иисусу Христу было угодно искупить нас Своей смертью на кресте. И как кровь пасхального агнца спасла еврейских первенцев от смерти, и послужила освобождению еврейского народа из плена, так и драгоценная кровь, пролитая на кресте Агнцем Божиим, взявшим на Себя грехи мира, спасает нас от рабства дьяволу и от вечной смерти (1 Кор. 5:3).
О событиях, связанных со смертью и воскресением Спасителя, повествуют все евангелисты (Матфей 28:1-15; Марк 16:1-8; Лука 24:1-11 и Иоанн 20:1-21:). Когда Господь Иисус Христос умер, Иосиф Аримафейский вместе с Никодимом сняли Его тело со креста и положили в погребальной пещере, которую Иосиф высек в скале в своем саду, где еще никто не был погребен. Обряд погребения пришлось совершить наспех и упрощенно, так как с вечера наступала еврейская пасха, когда по закону не полагалось заниматься никакими делами, но все должны были у себя дома вкушать пасхального агнца. По настоянию Синедриона, к пещере, где погребли тело Иисуса, Пилат приставил стражу из римских воинов, а самый вход в пещеру закрыли тяжелым камнем, к которому приложили официальную печать. Все это было сделано для того, чтобы предотвратить какие-либо попытки похитить тело Иисуса, потому что Он предсказал, что воскреснет из мертвых.
Прошли пятница и суббота. И вот на следующий день — третий по счету после Его смерти, а по теперешнему в воскресенье, рано утром Господь воскрес из мертвых и оставил пещеру. Как и когда точно это произошло, — никто не видел. Известно только, что вскоре после этого случилось землетрясение, когда Ангел Господень отвалил от пещеры камень и сел на него. Испуганные явлением светоносного Ангела, стражники, стерегшие гроб, попадали на землю. Но, увидев, что Ангел спокойно сидит и не причиняет им никакого зла, они ползком отдалились от пещеры и бросились бежать. Прибежав к первосвященникам, они рассказали им о случившемся. Узнав от воинов, что гроб, в котором похоронили тело Иисуса, был уже пуст, когда Ангел открыл его вход, первосвященники могли понять, что Иисус Воскрес, как Сам об этом предсказал, однако не желая признать это чудо перед народом, они дали воинам много денег, чтобы те рассказали в народе, что будто, когда они заснули, ученики ночью тайно унесли Его тело. При этом первосвященники обещали воинам, в случае если Пилат узнает о том, что они заснули во время стражи, то они избавят их от наказания. Воины, взяв деньги, исполнили все, как приказал Синедрион, и по сей день эта ложь держится среди народа иудейского.
Не зная ничего о случившемся ночью, рано утром этого же дня Мария Магдалина, Иоанна, Саломия, Мария (мать Иакова) и другие жены-мироносицы, запасшись благовонными мастями, направились к гробу Спасителя, чтобы закончить обряд погребения. Они не знали ни о страже, ни о приложенной печати, но их волновал вопрос, кто отвалит им тяжелый камень, закрывающий вход в пещеру. По своему пылкому характеру и особенной любви ко Христу прежде других ко гробу прибежала Мария Магдалина. Было еще темно, но она увидела, что камень отвален и гроб пуст. В тревоге она побежала к апостолам Петру и Иоанну, чтобы сообщить им это.
Тем временем к пещере пришли и остальные жены-мироносицы, которые тоже увидели, что камень отвален и вход открыт. Робко войдя, они увидели Ангела, сидящего на правой стороне гроба, в белоснежной одежде и видом, как молния (Матф. 28:3; Марк 16:5). Он сказал им: “Не бойтесь. Я знаю, что вы ищете Иисуса распятого. Его нет здесь. Он воскрес, как сказал. Подойдите посмотрите место, где лежал Господь. И пойдите скорее, скажите ученикам Его, что Он воскрес из мертвых и предваряет вас в Галилее: там Его увидите. Вот, я сказал вам” (Матф. 28:5-7). Услышав это, они поспешно вышли из пещеры. Охваченные страхом и радостью, они не знали еще, с кем поделиться этой новостью.
Тогда же, ранним утром, апостолы Петр и Иоанн направились ко гробу выяснить, что случилось с телом Иисуса. Иоанн, как более молодой, прибежал первым, но не вошел в пещеру. Вслед за ним пришел Петр, который вошел в гроб и увидел только одни пелены лежащие и плат, который был на главе Его, особо свитый на другом месте. Тогда в пещеру вошел и Иоанн. Увидев, как аккуратно сложены погребальные пелены, он догадался, что Иисус воскрес.
Вслед за ушедшими апостолами снова пришла ко гробу Мария Магдалина и начала плакать, думая, что украли тело Иисуса. Посмотрев в пещеру, она увидела двух ангелов в белоснежных одеяниях. Один сидел в головах гроба, другой — в ногах, где лежало тело Иисуса. Ангелы спросили ее, о чем она плачет. На это она ответила: “Унесли Господа моего, и не знаю, где положили Его.” Сказав это, она обратилась назад и увидела Иисуса стоящего, но не узнала Его. Иисус спрашивает её: “Женщина! Что ты плачешь? Кого ищешь?” Она, думая, что это садовник, говорит Ему: “Господин! Если ты вынес Его, скажи мне, где ты положил Его, и я возьму Его.”
Тогда Иисус говорит ей: “Мария!” Услышав знакомый голос, она воскликнула: “Раввуни! (т.е. Учитель)” — и бросилась к ногам Его. Но Иисус сказал ей: “Не прикасайся ко Мне; ибо Я еще не восшел к Отцу Моему; а иди к братьям Моим и скажи им: восхожу к Отцу Моему и Отцу вашему, и к Богу Моему и Богу вашему” (Ин. 20:17).
Тогда Мария побежала возвестить всем радостную весть, что она видела Господа и Он говорил с ней. Прибежав к апостолам, она застает их и многих друзей “плачущих и рыдающих” (Марк. 16:10). Её рассказ поражает всех, но они не особенно верят ей и не знают, что думать.
После явления Марии Магдалине Иисус Христос является на пути и прочим женам-мироносицам. Увидев Его, они в радости пали на колени и ухватились за ноги Его. Тогда говорит им Иисус: “Не бойтесь! Пойдите и возвестите братьями Моим, чтобы шли в Галилею, и там они увидят Меня” (Мф. 28:8-10).
Однако, несмотря на слова Магдалины и остальных жен-мироносиц, апостолы не могли еще поверить в чудо воскресения. Очевидно, они слишком были удручены недавними ужасными событиями Его ареста, беззаконного суда над Ним и позорного распятия вместе с преступниками. Но, вечером того же дня в комнате, где они собрались при закрытых дверях, Сам Господь явился им и, упрекая их в неверии, стал показывать им Свои раны. Чтобы рассеять последние сомнения, Он даже стал вкушать пред ними пищу. Сомневаться дальше оказалось совершенно невозможным, и ученики Христовы стали радоваться и ликовать, что их возлюбленный Учитель жив и снова с ними.
Так весть о воскресении Христа стала быстро распространяться в Иерусалиме и его окрестностях, подкрепляемая все новыми рассказами очевидцев.
Пасхальная Заутреня
Готовясь с трепетом к пасхальной заутрене, верующие заблаговременно собираются в храме, прикладываются к плащанице и в тишине ставят свечи. Незадолго до крестного хода хор воздает в Великую субботу прощальные гимны чина погребения.
Наконец, плащаница уносится с середины храма и кладется на престол в алтаре. Равно в 12 часов отверзаются Царские врата и слышится сначала тихо, а потом все громче и торжественнее: “Воскресение Твое, Христе Спасе, Ангели поют на небеси, и нас на земли сподоби чистым сердцем Тебе славити.” Священнослужители выходят из алтаря, неся: священник — трехсвечник с крестом, украшенный цветами, кадило, диакон — горящую свечу, церковнослужители — икону Воскресения и другие иконы. Около же амвона стоят прислужники, готовые для крестного хода, несущие св. Крест, фонарь и хоругви. Священнослужители идут из храма, сопровождаемые верующими с горящими свечами, и не спеша обходят храм с пением “Воскресение Твое, Христе Спасе, ангели поют на небеси...”
Затем, остановившись у западных дверей храма, после возгласа предстоятеля “Слава Святей” священнослужители начинают пение Воскресного тропаря “Христос Воскресе из мертвых, смертию смерть поправ, и сущим во гробех живот дарова.” Тропарь повторяется певчими, и священником возглашаются стихи из пророческого псалма Давида “Да воскреснет Бог,” на что хор отвечает громогласным пением тропаря “Христос Воскресе.”
Наконец, предстоятель начертает знамение креста против затворенных дверей храма, и двери отворяются. Ликующий сонм с победною песнью, уже не останавливаясь, шествует через всю церковь прямо в алтарь, отверстый на всю неделю Пасхи, ибо отныне Царствие Божие открыто всем верным.
Храм весь озарен светом зажженных свечей, и после Великой ектеньи диакона и возгласа священника хор поет знаменитый и вдохновенный пасхальный канон св. И. Дамаскина, начинающийся первым ирмосом “Воскресения день, просветимся людие, Пасха, Господня Пасха! От смерти бо к жизни и от земли к небеси, Христос Бог нас преведе, победную поющия.”
Этот канон св. Дамаскина является венцом всех его духовных песнопений. Лавра св. Саввы первая его приняла и передала Вселенской Церкви. Весь этот канон — один порыв восторга... Между каждым ирмосом во время повторяемых стихов, разделяемых “Христос Воскресе,” священнослужители попеременно ходят с крестом, трехсвечником, кадилом и свечой (диакон) по всей церкви, кадя фимиамом, как бы ароматами мироносиц.
Шествуя, священнослужители приветствуют верующих возгласами “Христос Воскресе,” чтобы никто не оставался в сомнении в эту спасительную, светозарную ночь, когда безначальный свет воссиял из гроба.
В ирмосах же, — то изображается видение прор. Аввакумом Ангела, указавшего день спасения, то с Исаиею приглашаются верные “утреневать глубокую утреню” и вместо мира принести Владыке песнь, чтобы узреть Христа, Солнце правды, всем жизнь воссиявшего. То открывается победоносное торжество Его в самой области ада: “Снизшел еси в преисподняя земли, и сокрушил еси вереи вечныя, содержащия связанныя, Христе, и тридневен, яко от кита Иона, воскресл еси от гроба.” Святой Дамаскин восклицает: “Смерти празднуем умерщвление, адово разрушение, иного жития вечного начало,” — и поясняет, как велико для нас торжество искупления: “Сей нареченный и святый день, един суббот Царь и Господь, праздников праздник, и торжество есть торжеств, в онь же благословим Христа во веки.”
С чем можно сравнить эту возвышенную Пасхальную Заутреню? Всеми овладевает духовное восхищение, а из уст текут священные песни, прощаются все взаимные обиды.
“Воскресения день! Просветимся торжеством и друг друга обымем! Рцем, братие, и ненавидящим нас простим вся воскресением и тако возопием: Христос воскресе из мертвых!”
С этой песнью начинается взаимное лобзание — христосование. Церковь обращается в единое тело Христово, связуемое духом любви Его, ибо в подобные минуты все от души лобызают своих духовных братьев.
Св. И. Златоуст в своем изумительном слове убеждает каждого, кто благочестив, насладиться настоящим светлым торжеством, и войти в радость Господа своего. Он напоминает притчу о наемниках, которые в разное время пришли работать в вертоград. Но от щедрот домовладыки все получили одинаковую плату за труд. Всех зовет он на трапезу Господню, и никому не велит скорбеть о своем убожестве, ибо явилось общее Царство, никому не надо страшиться смерти, ибо Сошедшим во ад поруган ад, мнивший приять землю и встретивший небо: “Где твое жало и смерть? Ад, где твоя победа? Воскрес Христос, и ты низвергся!”
